Больной деменцией не подпускает к себе сиделку. Что делать? Уход за больням деменцией

Больной деменцией не подпускает к себе сиделку. Что делать? Уход за больням деменцией

Самое трудное в уходе за родственниками с деменцией — ситуации, когда пожилой человек не идет на контакт, становится агрессивным, отказывается от необходимых процедур и лекарств. “Призвать к порядку” его обычно не получается — от строгих слов или решительных действий ухаживающего становится только хуже. Но геронтолог Лора Уэймен знает, как перезагрузить ситуацию.

Натали и Джордж были женаты пятьдесят семь лет, вместе вырастили двух сыновей и дочь. Вскоре после того, как Джорджу диагностировали деменцию и функции его мозга начали стремительно отказывать, Натали стало физически и психологически трудно справляться с уходом за ним. Джордж погрузился в прошлое так глубоко, что перестал узнавать детей и Натали; он кричал на них и пытался прогнать из дома. Родные казались ему чужаками, которые представляют какую-то угрозу. В конце концов тревожность и параноидальность Джорджа достигли таких пределов, что семья поняла: пора найти специализированное учреждение, где ему смогут обеспечить необходимый теперь уход.

Натали постоянно навещала Джорджа в его новом доме. И Джордж, и персонал ценили ее визиты, однако Джордж по-прежнему жил так далеко в собственном прошлом, что не помнил жену. Когда она приходила, Джордж сидел и, держа ее за руку, как мог делился своими воспоминаниями; они болтали и улыбались. Но воспринимал Натали он только как “ту милую даму”. Дети тоже навещали его, и их Джордж встречал так же — как приятных незнакомцев.

Однажды рано утром Джордж пришел на сестринский пост. Со слезами на глазах он наклонился к дежурной сестре и сказал: “Натали приходила, поцеловала меня и пожелала спокойной ночи”. Сестра была поражена: “Вы помните Натали?”. Джордж улыбнулся и, шаркая, побрел обратно в палату. Лицо его выглядело так, словно он только что раскрыл сестре большую тайну.

За несколько часов до этого Натали погибла в автокатастрофе. В тот момент, когда Джордж подошел к медсестре, ни она, ни кто-либо другой из персонала еще не знали этой страшной новости. Откуда знал Джордж? Мы никогда не узнаем, каким образом он почувствовал, что произошла трагедия.

Историю Натали и Джорджа мне рассказал один из их сыновей. Когда он закончил свой рассказ, у нас обоих по щекам катились слезы. Мы были ошеломлены, насколько крепкой может быть связь двух сердец.

Уход за больным деменцией: когда слова ничего не значат

Больные деменцией часто используют для общения способы, к которым неприменима наша обычная мерка и которых мы, ухаживающие, часто не понимаем. Больные могут компенсировать утраченные способы коммуникации (такие, как речь) другими и с их помощью продолжать ориентироваться во всё более запутанной реальности.

По утверждению Альберта Мейерабиана, заслуженного профессора психологии в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса, общение с больным деменцией лишь на 7% происходит на вербальном уровне. Остальные 93% — это интонация, язык тела, эмоции и даже то, каким образом мы физически находимся в личном пространстве человека. Все эти сигналы собеседник с нарушением когнитивных функций считывает и расшифровывает безошибочно.

По мере разрушения речевых центров мозга человек с деменцией теряет способность к вербальному общению. Мозг старается компенсировать эту потерю и интенсивно использует все оставшиеся методы воспринимать, интерпретировать и осознавать окружающую действительность. Коротко говоря, человек с деменцией чувствует то, что чувствуете вы, и отражает эти эмоции на вас, словно зеркало.

Однажды во время занятия с персоналом пансионата для людей с нарушениями памяти в столовую, где мы занимались, въехала на инвалидной коляске одна из пациенток. Она остановилась рядом со мной. Подошла медсестра, чтобы вывезти ее обратно в холл, но я попросила не делать этого и вернуться на свое место.

Я протянула пациентке руку. Она взяла ее и посмотрела на меня. Я спросила, не желает ли она присоединиться к нам. Она улыбнулась и ответила: “Да, рядом с вами так тепло!”.

Я спросила, знает ли она, что я чувствую, и она сказала: “Кажется, да. Думаю, что вы счастливы, и я тоже!”.

Как раз перед тем, как она въехала к нам на своей коляске, я говорила о том, как важно, чтобы сам ухаживающий находился на “островке счастья”. Если мы будем довольны и дружелюбны, мы поможем чаще бывать на его собственном “островке счастья” и больному, ведь человек с деменцией отражает наши эмоции.

Та пациентка ощутила мое спокойствие — и вскоре точно так же начала чувствовать положительные эмоции всех работников пансионата, которые быстро научились применять полученные на семинаре знания.

Лучший способ помочь человеку с деменцией быть спокойным — это самому быть спокойным. Постарайтесь, насколько возможно, оставлять смятение и тревожность за пределами ваших отношений. Самое главное — выделяйте время, чтобы побыть в менее стрессовой обстановке и передохнуть. Даже если в действительности вы не переполнены радостью — вы всё еще можете улыбаться и поддерживать зрительный контакт с больным. А правильно подобранный в начале разговора тон заранее расположит больного к взаимодействию.


		Больной деменцией не подпускает к себе сиделку. Что делать?  Уход за больням деменцией

Когда разум отказывает, можно рассчитывать только на эмоции

В противоположность этой истории я приведу другой пример. Однажды меня пригласили для консультации на дом к пожилой паре, в которой у супруги была диагностирована деменция. Я подошла к входной двери и только собиралась постучать, как услышала шум. Супруга изо всех сил кричала: “Вон! Вон! Вон из моего дома, ты, стерва! Отстань от меня!”.

Я громко постучала, открыл муж пациентки, очень смущенный. Он с тревогой впустил меня и сказал: “Пожалуйста, простите мою супругу. У нее сегодня очень плохой день. К нам пришла медсестра, а она ни за что не дает к себе притронуться. Вы можете помочь, Лора?”.

Зайдя в комнату, я увидела крайне раздосадованную медсестру. Она безуспешно старалась схватить за руку отбивающуюся пациентку: “Пожалуйста, успокойтесь. Мне нужно измерить вам давление, и я опаздываю на следующий визит. Хватит меня обзывать. Дайте мне уже сделать что надо. Успокойтесь сейчас же!”.

Напор и резкий тон медсестры совсем не способствовали успокоению пациентки: она размахивала худенькими ручками и брыкалась, выкрикивая ругательства во весь голос. Я вежливо попросила сестру прийти после следующего визита, объяснив, что постараюсь успокоить пациентку к тому времени, как она вернется.


Когда она ушла, я сделала глубокий вдох и, быстро оценив ситуацию, поняла, что именно бесцеремонность и взбудораженность медсестры во многом спровоцировали у пациентки сопротивление и агрессию. Несмотря на то что сознание этой женщины было затуманено деменцией, она почувствовала беспокойство медсестры, и это всколыхнуло в ней тревогу — она испугалась чужого человека в своем доме. Подумайте, каково это с ее точки зрения: незнакомец вторгается в ее личное пространство, хватает ее за руки и ругает.

Я поняла: чтобы помочь этой взволнованной женщине успокоиться и почувствовать себя в безопасности, я должна подходить к ней медленно и спокойно, всеми способами транслируя миролюбивые намерения и создавая вокруг атмосферу тишины, непринужденности, дружелюбия и покоя.

Я села рядом с разгневанной пациенткой и, пока та продолжала яростно жестикулировать и браниться, мягко заговорила: “Я уйду, как только вы скажете. Но я так устала. Я знаю, вам хочется, чтобы я ушла, но, может быть, вы позволите мне присесть здесь рядом с вами и чуть-чуть отдохнуть? Я очень долго ехала, и теперь мне хочется немножко передохнуть в вашем прекрасном доме. Я та-ак устала”.

Я повторила эти слова несколько раз, как можно медленнее и мягче, но достаточно громко, чтобы она расслышала. Я заговорила еще мягче — она остановилась и прислушалась. Ее речь тоже смягчилась, она начала успокаиваться. Я сделала глубокий вдох и замолчала. Тогда и она перестала говорить — а через несколько минут уже крепко спала.

Когда в мозгу больного деменцией происходят изменения, затрагивающие память, рассуждение и речь, главным его средством коммуникации становится поведение. И чем больше стресса испытываете вы, тем больше его испытывает ваш подопечный. Хорошая новость заключается в том, что ваше спокойствие, в свою очередь, поможет ему вести себя самым приятным образом.

Человек с деменцией гораздо лучше считывает наши чувства, чем наши слова. Если вы злитесь или нервничаете — как вы думаете, что будет ощущать ваш подопечный? Если вы раздосадованы и у вас закончилось терпение — какого поведения вы ожидаете от него? А если вы устали и у вас опускаются руки — разве можно предполагать, что ваш подопечный будет контактным и покладистым?

Заботиться о себе не только ради собственного блага; ваша забота о себе также необходима человеку, за которым вы ухаживаете, поскольку иначе вы будете не в состоянии помочь ему.

Но раз человек с деменцией отражает ваши чувства, значит, у вас есть возможность задавать настроение. Жизнерадостная обстановка обеспечит вам обоим намного больше приятных и радостных мгновений в течение дня.

Источник 7ya.ru

Вам также могут понравиться

Комментарии закрыты.